Фонд патриотического воспитания молодёжи имени генерала Трошева Геннадия Николаевича
   Фонд патриотического воспитания молодёжи
имени генерала Трошева Геннадия Николаевича
 
  
Главная страница
  
 Г.Н. Трошев

Биография
  Награды
СМИ о Трошеве
 Статьи
 Интервью
 Фильмы
  Книги
  Фотоальбом
  Произведения о генерале Трошеве
  
 О Фонде

  Направления деятельности
  Отчеты Фонда
  Программы Фонда
  Архив новостей
  СМИ о Фонде
  Реквизиты Фонда
  Контакты
  Наши партнеры
  
 Почётный знак «За отличие»

  О знаке
  Кавалеры знака
  
 Нагрудный знак «За отличие»

  О знаке
Кавалеры знака
 

Статьи


Головков Александр «Невыдуманный герой России»

<- Назад

В конкретике пермской авиакатастрофы должны разобраться специалисты, но по всем внешним признакам трагическое событие, произошедшее 14 сентября с.г., выглядит как типовой эпизод девяностых годов, когда в России постоянно что-то падало, крушилось, взрывалось. В те же времена, как представляется, сложились обстоятельства, которые спустя годы по цепочке причинно-следственных связей вынудили 88 человек вылететь из Москвы в Пермь на перепроданном из Китая «Боинге», где что-то было неладно то ли с техникой, то ли с экипажем, а может быть – с менеджментом авиакомпании.

Техногенные напасти нередки в современной России, но уже нет такого, как в былые годы, потока сообщений о рукотворных бедствиях, организуемых и направляемых врагами России. Даже известия с российского юга теперь не напоминают фронтовые сводки. Притушен очаг большой войны, разгоравшейся на Северном Кавказе, и в том немалая заслуга генерала Трошева.

В отличие от множества мимолетных героев, поднявшихся на мутных волнах постперестроечного пиара, Геннадий Трошев честно заслужил свою славу воинскими трудами. А гибель его, трагическая и нелепая, в мирном небе над мирным Пермским краем, напоминает о том, что много еще непорядка в делах государства Российского.

Офицерская косточка

Геннадий Николаевич Трошев родился 14 марта 1947 года в городе Берлине. Его отец, Николай Николаевич Трошев, был кадровым офицером, летчиком. Прошел фронты Великой Отечественной войны, завершил свой боевой путь в мае 1945 г. в Берлине. В 1946 г. он служил в Ханкале, где и женился на местной девушке, потомственной терской казачке.

В 1958 г. Николай Трошев вместе с несколькими десятками тысяч советских офицеров попал под так называемое хрущевское сокращение и был уволен из армии – в возрасте 43 лет, в расцвете сил. Незаживающая обида горела в душе Трошева-старшего, разлученного с любимой профессией. И он наказал сыну, когда тот подрос: «Чтобы ноги твоей не было в армии».

Геннадий Трошев исполнил этот наказ и после окончания школы поступил на архитектурный факультет Московского инженерно-строительного института. Но когда отец умер, Геннадию пришлось оставить институт и вернуться домой, чтобы помогать матери и сестрам. А когда пришел срок идти в армию, отчислившийся студент попросил направление в Казанское высшее командное танковое училище. Позднее он так объяснял свое решение, формально нарушавшее волю покойного отца: «Уверен, что поступил правильно, и не сомневаюсь: будь жив отец, порадовался бы за меня. И не потому, что Трошев-младший дослужился до генерала и стал командующим войсками округа. Отец очень любил армию, и, видимо, это чувство передалось мне. Фактически я продолжил главное дело его жизни и горжусь этим».

Окончив училище в 1969 г., Геннадий Трошев затем благополучно продвигался от звания к званию и от должности к должности. В 1976 г. закончил Военную академию бронетанковых войск, в 1988-м – Академию Генерального штаба. В Афганской войне Трошев не участвовал – там, в силу специфики театра военных действий, не были задействованы крупные танковые соединения.

На вершине своей карьеры советского военачальника Трошев командовал Уральско-Львовской танковой дивизией. Затем он стал первым заместителем командующего 1-й Гвардейской танковой армией, дислоцированной в Германии. Когда армия была выведена в Россию, в район Смоленска, Трошева направили в длительную командировку в Приднестровье, в состав комиссии по урегулированию одного из самых острых межнациональных конфликтов, вспыхнувших на просторах бывшего СССР. Комиссия заседала в Бендерах, где когда-то прятался Карл XII, разбитый под Полтавой, а в 1992 г. шли кровопролитные бои, в ходе которых была отбита предпринятая молдавскими «демократическими» националистами попытка подавить силой русскую Приднестровскую республику.

В Бендеры Трошеву дозвонился в сентябре 1994 г. его давний сослуживец Алексей Митюхин, командовавший в означенное время Северо-Кавказским военным округом: «Геннадий Николаевич, не засиделся ли ты в тылу? Пойдешь ко мне командиром 42-го армейского корпуса во Владикавказ?»

Трошев раздумывал недолго и через три дня уже представился новому начальству в Ростове-на-Дону.

Генерал на двух войнах

В средствах массовой информации широко освещались и всесторонне анализировались многочисленные ошибки высшего политического и военного руководства России, совершавшиеся на протяжении первой чеченской войны, начиная от исходного замысла «операции по наведению конституционного порядка» и до приснопамятного Хасавюртского замирения. Роковая недооценка потенциала сопротивления дудаевцев и неадекватные представления о ситуации в Чечне и вокруг нее отразились в авантюрном плане, рожденном в высоких московских кабинетах. По этому плану надлежало «действиями войсковых группировок под прикрытием фронтовой и армейской авиации выдвинуться по трем направлениям к Грозному, блокировать его и создать условия для добровольного разоружения незаконных вооруженных формирований (НВФ). В случае отказа – провести операцию по захвату города и в последующем стабилизировать обстановку на всей территории республики». Силы и средства, изначально выделенные для «восстановления конституционного порядка», были явно недостаточны, времени на подготовку дали в обрез, и даже вопрос о руководстве операцией решался в самый последний момент: после отказа от этой чести некоторых элитных генералов командующим группировкой, уже вступившей в бои, назначили Анатолия Квашнина.

Так началась тяжелая, изматывающая, кровопролитная война с сильным, упорным противником, пользовавшимся поддержкой широких кругов местного населения и получавшим всестороннюю помощь от явных и тайных врагов Российского государства, действовавших из-за рубежа и внутри страны.

Боевые части 42-го корпуса в числе первых входили на чеченскую территорию, а в январе 1995 г. Трошев был назначен командующим группировкой Минобороны в составе Объединенной группы войск, действовавших в Чеченской Республике. В октябре того же года он перешел на пост командующего 58-й армией (главной ударной силы Северо-Кавказского ВО) и на этом посту продолжал активно участвовать в руководстве боевыми действиями подчиненных ему частей и соединений.

Геннадий Трошев органично вошел в плеяду незаурядных военачальников-практиков, окопных генералов, исправлявших пагубные огрехи московских политиков и стратегов на той злосчастной войне. Благодаря их талантам, соединенным с мужеством и стойкостью российских солдат и офицеров, дважды, в 1995 и 1996 гг., переламывался в пользу федералов ход военных действий. Но, побеждая сепаратистов в боях и освобождая от них территорию республики, армия далее не могла эту территорию контролировать, а тыловые правоохранительные структуры не справлялись с тлеющими очагами сопротивления, подогревавшегося массовыми бедствиями военного времени.

К середине 1996 г., когда российская армия изгнала отряды сепаратистов из равнинных и предгорных районов и, казалось бы, уже добивала их в теснинах гор, в Москве пришли к неизбежному выводу: войну надо кончать во что бы то ни стало. Принятие соответствующих решений на высшем политическом уровне ускорилось после неожиданного прорыва боевиков в Грозный.

Ни Хасавюртский мир, ни последующие соглашения (включая подписанный в мае 1997 г. договор о неприменении силы) не обеспечили настоящего мира на Северном Кавказе. Еще в дни, когда московский бомонд восторгался смелым миротворчеством генерала Лебедя, один из офицеров Объединенной группы в беседе с журналистами высказался пророчески: «Ездили мы в командировки в Чечню, теперь будем ездить в Дагестан».

В условно мирный период 1997–1998 гг. Северо-Кавказский военный округ был фактически воюющим. Теракты, рейды мелких бандформирований, захваты заложников происходили по всему периметру чеченской границы. Для генерала Трошева (он с июля 1997 г. был заместителем командующего округом) и для его коллег из руководства СКВО перспектива новой большой войны на Северном Кавказе выглядела вполне очевидной. И они к войне готовились, используя для этого те скудные ресурсы, которые могло выделить обедневшее от кризиса и радикальных реформ государство.

И когда в августе 1999 г. война грянула, «генералы-окопники» действовали надлежащим образом.

Трошев возглавил войсковую группировку в Дагестане, разгромившую банды Басаева и Хаттаба вместе с их пособниками – местными ваххабитами. Операции в Ботлихском и Новолакском районах при зачистке Кадарской зоны прославили Трошева как искусного тактика, умеющего добиваться победы, избегая чрезмерных потерь. Затем он командовал войсковой группировкой, входившей в Чечню с восточного направления, из Дагестана. При этом проявились незаурядные качества Трошева-политика. Он предпочитал занимать населенные пункты без боев, выдавливая, при поддержке местных жителей, боевиков в чистое поле, где их били артиллерийскими и авиационными ударами. В ноябре 1999 г. Трошеву сдался Гудермес, второй по величине город Чечни. Это уже был успех отнюдь не тактического масштаба. Бескровный переход Гудермеса под контроль федеральных войск отметили даже завзятые критики России из ПАСЕ и других человеколюбивых тусовок общеевропейского уровня.

В декабре 1999 г. первый заместитель командующего Объединенной группировкой федеральных сил в Чечне Геннадий Трошев стал Героем России. В феврале 2000 г. он получил звание генерал-полковника. В апреле того же года возглавил ОГФС, в мае был назначен командующим СКВО.

Генералы и политики

Блестящая военная карьера Геннадия Трошева оборвалась в декабре 2002 г., когда он отказался исполнить распоряжение министра обороны Сергея Иванова о переходе на должность командующего Сибирским военным округом. И объявил об этом на пресс-конференции в Махачкале, аргументируя свою позицию тем, что он «должен довести до конца контртеррористическую операцию» и что накануне референдума по новой Конституции Чеченской Республики «не стоит проводить рокировки командования».

Можно ли рассматривать этот поступок как проявление неумеренных амбиций в генеральской голове, закружившейся от славы? Не слишком убедительная версия. Трошев был образцовым службистом и привык соблюдать правила служебной этики, согласно которой приказы вышестоящих начальников не обсуждаются, а исполняются. Нарушая этот принцип, Трошев подставился по полной программе и сделал это вполне сознательно. Он любил армию и болезненно переживал кризисные проявления и непорядки в Вооруженных силах, обусловленные общим кризисом, в который погрузилась постсоветская Россия. От Трошева часто можно было услышать: «Почему никто ничего не предпринимает?»

В 2001–2002 гг. в среде генералов, составлявших костяк управления Вооруженными силами, распространилось мнение, что главным непорядком является присутствие штатского Иванова в кресле министра обороны. Генералы искренне радели об интересах своей армии, желали ее укрепления. Министр Иванов явился, чтобы эту армию радикально реформировать.

Российское общество уже не могло мириться с прежней двухгодичной рекрутчиной, с дедовщиной. И штатский министр обороны продвигал свою концепцию реформы, отбивая нападки парламентских популистов, ломая сопротивление консервативных кругов в своем ведомстве.

Многие генералы считали, что Иванов ломает армию. Ведь при сокращении срока службы некому будет служить, а затея с набором контрактников несвоевременна в условиях, когда из-за хронического недофинансирования нет средств на современное оружие и технику, а офицерский состав получает нищенское содержание. На аппаратно-политическом уровне сразу же выявилась линия противостояния: министр Иванов – с одной стороны, с другой – начальник Генштаба Квашнин, а вместе с ним – боевые генералы, прошедшие две войны на Кавказе.

После трагедии «Норд-Оста», показавшей, что страна все еще находится в состоянии войны с сильным, изощренным противником, реформаторские затеи министра обороны, на взгляд многих профессиональных военных, выглядели совершенно несвоевременными. Реформу Иванова официально поддержал Путин, но насколько прочной была эта поддержка? Никто из авторитетных военных не мог выступить открыто против верховного главнокомандующего, но многие генералы колебались между механическим исполнением указаний министра обороны и тихим саботажем. В таких условиях бывалый «окопник» Трошев произвел своего рода «разведку боем» позиций штатского министра обороны. Это был поступок мужественного, принципиального человека, уверенного в своей правоте и при том весьма опытного в имиджевой и аппаратной политике. Однако точно рассчитанный по обстоятельствам места и времени выпад в адрес Иванова не достиг цели. Позиции министра не поколебались, а Трошеву пришлось покинуть свой пост «за публичное обсуждение принимаемых руководством Вооруженных сил страны решений».

Post Bellum – Para Bellum

После вынужденного ухода из армии Геннадий Трошев был назначен советником президента по делам казачества. На этой должности, вполне подходящей для боевого генерал-полковника, хотя и не слишком ответственной, он продолжал служить главному делу своей жизни, способствуя формированию надежного кадрового резерва для Вооруженных сил.

Казачество – стихия, сложная и многоликая, полезная для государства, но трудно управляемая. Кто они, современные казаки, – отдельный этнос, субэтнос, социальная группа или общественно-самодеятельное объединение непонятного назначения? Трошев последовательно выступал за превращение возрожденного казачества в общественно-государственную структуру, тесно спаянную с официальными институтами власти. Но процесс развития казачьей среды нельзя ускорить ни административными методами, ни инвестиционными вливаниями. И позитивные результаты деятельности генерал-полковника Трошева на посту «главного казака» могут проявиться лишь спустя какое-то время.

Время расставило все точки в былых конфликтах вокруг реформирования Вооруженных сил. В Министерстве обороны, где командует штатский министр Сердюков, вновь начинают привечать генералов с «окопными» замашками. Генералу Шаманову, боевому сослуживцу Трошева, уже довелось отличиться в очередной войне – вернее, в «операции по принуждению к миру», но уже на Южном Кавказе. И Трошев, судя по некоторым сообщениям, не терял надежды вернуться к ответственной государственной службе, может быть, даже в армию. Эти замыслы трагически оборвались. Память о невыдуманном герое, генерале Трошеве, сохранит благодарное Отечество.

Александр ГОЛОВКОВ

//Политический журнал, 30 сентября 2008, №10(187), www.politjournal.ru


<- Назад

©2009 Все права защищены. Фонд патриотического воспитания молодёжи имени генерала Трошева Геннадия Николаевича - troshevfond.ru (241)